Турция в НАТО становится «белой вороной»Окажется ли устойчивым российско-турецкий альянс?

Турция в НАТО становится «белой вороной»Окажется ли устойчивым российско-турецкий альянс?

0 466

    

 

Турецкие СМИ как о свершившемся факте сообщают о заключении сделки между Россией и Турцией по закупке российских зенитных ракетных комплексов С-400 («Триумф»), хотя контракта как такового пока нет. Тем не менее, как уточняется, Москва готова предоставить кредит, позволяющий частично покрыть расходы турецкой стороны на закупку хотя бы двух комплексов С-400, которые могут быть поставлены в течение 2018 года.

ИА REGNUM ранее сообщало, что Анкара поставила Вашингтон перед выбором: либо отказ американцев от поддержки сирийских курдов, либо Турция будет форсировать процесс по закупке российских ракетных систем. Однако администрация Дональда Трампа не изменила своей позиции. В то же время глава Пентагона Джеймс Мэттис решил предупредить Анкару о том, что «закупка турецкими властями российских зенитно-ракетных систем С-400 «Триумф» противоречит стандартам Атлантического альянса». Хотя, добавил Мэттис, «Турция имеет полное право принимать подобное решение», а Вашингтон «возьмет паузу» для того, чтобы выяснить, как Анкара собирается использовать российские средства ПВО.

Но дело не только в этом. Эксперт в области международных и турецко-российских отношений Керим Хас в интервью «Голосу Америки» заявил, что ракетная сделка между Турцией и Россией обозначила множество «подводных течений», о которых не всегда принято говорить вслух. С-400 — только «вершина большого айсберга, глубина которого может не скоро стать видимой». Если же говорить о так называемой видимой стороне, то покупка Турцией — членом НАТО российских ракет является демонстрацией признака кризиса альянса. Плюс к этому сообщения, что немецкий военный контингент покидает авиабазу Инджирлик, а в скором времени, возможно, и базу в Конье — это происходит впервые с момента образования НАТО.

По мнению Хаса, таким образом «Турция не намекает, а открыто выражает свое недовольство союзническими взаимоотношениями внутри НАТО с государствами ЕС и США», демонстрирует возможность выбора в сторону союза с Россией. Правда, по оценке французского издания Le Monde, «Анкара сейчас ни политически, ни психологически не готова к принятию решения о выходе из НАТО», да и в Брюсселе пока что не ставится вопрос о ее членстве, хотя все понимают, что ракетная сделка с Москвой превращает Анкару в альянсе в «белую ворону». Немецкий эксперт по политике безопасности Герд Португалл уверен, что «в Турции подорвана внутренняя политическая стабильность, что означает ослабление существующего до сих пор якоря стабильности НАТО на Ближнем Востоке», так как страну подвели к шагу от «зоны несостоявшихся государств».

В то же время госсекретарь США Рекс Тиллерсон высказывает «обеспокоенность» Турцией. По мнению турецкого издания Daily Sabah причинами тревоги Вашингтона становится турецко-российская триада: «Турецкий поток», строительство АЭС «Аккую» и сделка по продаже и налаживанию производства в Турции российского зенитно-ракетного комплекса С-400. При этом США начинают осознавать, что Анкара стала перекладывать на Москву часть своей ответственности за национальную безопасность. Турция заявляет, что «покупка С-400 у России — вынужденная мера» для укрепления обороноспособности из-за возросших внешних угроз», хотя понятно, что использовать зенитные комплексы на собственной территории все равно невозможно, поскольку комплекс не может быть интегрирован в общую оборонную систему ПВО НАТО. И в этом как раз вся интрига и загадка. Возможно, Анкара к чему-то готовится и не исключает в будущем введения против себя эмбарго на поставку вооружений и технологий со стороны своих западных союзников, как это было, кстати, после турецкого вторжения на Кипр в 1974 году.

Однако в любом случае нынешний уровень в развитии турецко-российских отношений вызывает множество вопросов, на которые многие пытаются найти ответы. Этот новый процесс, при котором в центре отношений находится уже не только энергетика, но и военно-техническое сотрудничество. Можно ли говорить о попытке Москвы и Анкары воссоздать исторические 1920-е годы, связанные с отношениями Мустафы Кемаля и московских большевиков, что базировалось тогда на общих геополитических рефлексах? Можно ли говорить о стремлении двух государств выработать «Дорожную карту» своей политики и действий как на Ближнем Востоке, так и в Евразии с целью существенно изменить баланс глобальных сил? Что заставляет Анкару не опасаться риска потерять поддержку Запада в ситуации пребывания на переднем крае борьбы в регионе и не только против ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ)? И почему Запад потерял в отношении Турции «чувствительность» союзника, оставив ее в ситуации заботы о самой себе?

Пока можно фиксировать лишь то, что отношения Турции и Запада в последние месяцы обострились. По мнению бывшего главы разведки ВМС Турции, контр-адмирала Сонера Полата, во многом союзники Турции по НАТО сознательно шли на создание кризиса именно тогда, когда «существует угроза территориальной целостности страны» и «Турция, возможно, по причине объективных геополитических законов, движется в сторону Евразии — пока медленными, но уверенными шагами». По его же словам, «в последующие годы Анкара ускорит свои шаги в этом направлении, а дальнейшие отношения Турции и НАТО будут поставлены под сомнение». Хотя Эрдоган ведет свою «игру», так что в ближайшее время говорить о серьезном разрыве с НАТО не стоит, потому что «быть в НАТО пока для него удобно».

Тем не менее обозреватель польской оппозиционной газеты Gazeta Wyborcza Роберт Стефаницкий предлагает больше не посвящать Анкару в секреты НАТО, которые «могут быть выданы Москве». Действительно, ведь Турция решила предать гласности информацию о расположении американских военных баз на севере Сирии… Итак, на Ближнем Востоке наступил еще один момент исторической важности. Все прежние союзы и альянсы государств, группы и антагонисты власти — в полном беспорядке. И это происходит по всему региону. Что будет дальше, пока никто не знает.

 

Henüz yorum yapılmamış

Yorum yap